in

Леонид Леонидович Делицын — один из самых известных интернет-деятелей

Леонид Леонидович Делицын — один из самых известных интернет-деятелей, которых все чаще именуют «отцами-основателями». Родился 27 мая 1966 года в Москве. Его жизнь, если так можно выразиться, овеяна легендами. Он первым в российском Интернете запустил виртуальную сеть обмена рекламными баннерами, то есть именно от Делицына берет начало история отечественной интернет-рекламы. Другой факт: Леонид организовал самый известный сетевой литературный конкурс «Тенета», который до сих пор не превзойден ни по количеству участников, ни по престижу.

Интересно, что и то и другое Делицын затеял, будучи в США. Геофизик, программист, писатель, менеджер проектов, аналитик и просто хороший человек, сочетающий в себе талант, подвижный ум и бесконечную доброту к людям. Недавно он отметил свое 35-летие и получил в подарок от друзей сразу три доменных имени, где вскоре разместится его персональный сайт .

Леонид, расскажи немного о своем детстве.Может быть, не надо? (Смеется.) В тенетовских форумах меня часто упрекали за многочисленные примеры их собственного детства. Видимо, я все один раз уже рассказал, а дальше стало неинтересно. Родился в 1966 году, учился в Москве, в Бескудниково, в 272-й школе.Это было, в основном, потерянное время, поскольку рулила в школе местная шпана и главное занятие состояло в том, чтобы не попасться кому-нибудь под руку.

В 7-8-м классе я собирался стать художником (ходил в худшколу), но у меня обнаружился дальтонизм, так что шансов поступить было мало. Там и без дальтонизма было сложно. Тогда я перевелся в математический класс школы 849, где пришлось взяться за ум. Учителя создали такую соревновательную атмосферу, что получать пятерки не только по математике, но и по литературе было более чем престижно. С этого момента и началось что-то вроде сознательной учебы.

То есть в МГУ ты уже поступал сознательно?
Это сейчас выглядит смешно, но в МГУ я поступил потому, что мама мне подарила книжку Казахары «Механика землетрясений». Причем эту книжку я прочитал только много лет спустя.


Каковы были твои устремления в университете? Чем занимался помимо учебы?
Ничем особенным. Каждый день четыре пары плюс три часа на дорогу — времени ни на что не оставалось. Либо учишься, либо ваньку валяешь. Я учился.После окончания МГУ ты попадаешь в Институт физики Земли Российской академии наук.


Повезло?
Действительно, попасть в Институт физики Земли было, наверное, сложнее, чем в США. Распределяли нас тогда в основном в нефтяные и другие сырьевые конторы, так что я выбирал между «Норильским никелем» и «Южно-Сахалинской геофизикой». Но вдруг появилось место в ИФЗ, а поскольку я был по успеваемости третий в группе (у меня была одна четверка, у двоих других были только пятерки), то имел возможность ухватиться за это место.


А вот интересно, попади ты на «Норильский никель», твоя жизнь сложилась бы иначе? Как ты думаешь?
Думаю, что иначе. Не знаю точно насчет «Норильского никеля», но у меня был небольшой опыт работы в Воркуте (производственная практика), и я по молодости лет очень туда рвался. Там производство — это другая жизнь.После ИФЗ ты вдруг оказываешься в США.


Как это произошло?
В США я попал следующим образом. Я был романтическим молодым человеком, мечтал спасать народы от землетрясений, поэтому, когда землетрясения начали случаться, стал, тайно от научного руководителя, обитавшего чаще всего в Париже или в Калифорнии, ездить в экспедиции. Потом моему руководителю удалось организовать крупную экспедицию на Байкал, и он решил меня отправить туда. («Все равно ж балбес катается, вместо того чтоб диссертацию писать, пусть хотя бы катается на пользу нашей лаборатории, а не чужим».) По окончании полевых работ он договорился с американцами, что я и поеду обрабатывать данные в Штаты.


Куда именно в Штаты?
Университет в г. Мэдисон, штат Висконсин. Моим руководителем там был покойный Боб Майер, удивительный человек, который мне потом даже снился иногда.

Чем ты занимался, живя в Штатах?
Всем тем, чем я занимался в Интернете.
Плюс делал диссертацию.

А чем на жизнь зарабатывал?
Когда перестали гранты давать — баннеры продавал. Статьи писал. Потом консультировал «АльтерМедию» и «Манифест».
Тебя считают зачинателем российской интернет-рекламы.

Тебя считают зачинателем российской интернет-рекламы. Как это случилось?
Интернет-реклама в то время уже была хорошо развита. Для продвижения в Сети своего литературного конкурса «Тенета» я вступил в сеть обмена баннерами LinkExchange.com . Но оказалось, что это крайне неэффективно — никто не кликает мышкой по русским баннерам. А специального русского раздела не было. Тогда возникла идея спроектировать сеть, где баннеры на русском языке будут эффективнее. «Спутник» был сделан летом 96-го.Я не стремился иметь много участников. Установку на большое число участников взял Антон Воскресенский ( RLE ), потому что он делал именно сервис для обмена баннерами. А меня интересовало небольшое число сайтов, на которых можно было продавать рекламу. Штук 30 сайтов было. Раскручивали такие проекты, как Zhurnal.ru , «Вечерний Интернет» , «Паравозов-ньюс» , CDru.com (нынче — MusLib.com) , журнал «Перекресток» и т.п.

Какова судьба «Спутника»? Чем все закончилось?
Закончилось так, как и должно было. Глядя со стороны на американские рекламные сети, мне казалось, что жадные американцы просто обворовывают бедных содержателей сайтов. Если б я знал тогда, на какие миллионные убытки идут сами содержатели сетей. Но в то время вопрос о прайсинге был мне совсем чужд, я не понимал, что услуг можно оказывать ровно настолько, чтобы максимизировать прибыль.Первая причина — финансовые результаты, которые оказались неутешительными. По сути, покупка рекламы (вместе с накладными расходами) обходилась дороже, чем потом удавалось ее продать, так что я принял решение закрываться. Сейчас мне кажется, что это было правильное решение. Вот если бы я весной 1998 года убедил каких-нибудь инвесторов дать денег, то потом, когда грянул кризис. не сносить бы мне головы.Вторая причина носила чисто технический характер.

«Спутник» — не схема, нарисованная на бумаге, это компьютерная программа, которая работала на мощном сервере в одной хостинговой компании, которая про этот компьютер временно «забыла». Меня туда пустил системный администратор. Но однажды, после того как хакеры взломали сервер, его владельцы начали реорганизацию содержимого и всех посторонних вытряхнули, в том числе и меня.Пришлось искать новое место для хостинга. Было два предложения, на одно из них я согласился. «Переехал» на другой сервер, и тут «Спутник» начал регулярно выводить его из строя. Пока искали причину, «Спутник» машину добил. Но «Тенетам» эта рекламная сеть успела помочь.


Почему ты, будучи сейсмологом, занялся литературой?
Наверное, потому же, почему Мошков — библиотечным делом. Это было просто и само собой напрашивалось в Интернете.


А что тогда было еще делать в Глобальной сети, если ты — не провайдер и не программист?
«De Lit Zine» — твой первый опыт создания литературного онлайн-журнала?
Не только мой первый опыт, а вообще первый в России. Архивы его до сих пор доступны по адресу http://teneta.rinet.ru/DeLitZyne/ .


А как появилась идея конкурса «Тенета»?
Было несколько поводов. Во-первых, Леха Андреев, уезжая весной 96-го года в Россию, завещал мне распространение своих книжек. Имея уже некоторый опыт в этих делах, я ожидал, что книжки эти буду хранить всю жизнь — очень уж неохотно покупали в Сети то, что там же можно было прочитать бесплатно.Во-вторых, к этому моменту начал угасать «РОМАН», который мы под руководством Лейбова делали с осени 95-го. «РОМАН» — первый русский интерактивный, коллаборативный, гипертекстовый роман. Скорее всего — самый большой в Сети (порядка 350 страниц). Был организован Романом Лейбовым в сентябре 1995-го, Роман написал «затравку» для игры, в которой участвовало человек 30-50. В общем, проект перестал развиваться. Нужны были новые игрища для интеллектуальной писательщины. К тому же я очень завидовал Лейбову, который с этим «РОМАНом» прославился, и мне хотелось открыть собственный проект.В-третьих, у меня начался приступ золотой лихорадки при отсутствии каких-либо экономических или бизнес-навыков.

Я рассуждал так: «Интернет-журналы издавать так легко, что это скоро станет очень прибыльным делом, в них будет размещаться много рекламы, а конкурс будет и того популярнее, и я быстро стану миллионером».В итоге был затеян литературный проект «Тенета» , который не только привлек уже бывалых сетераторов, но и «родил» новых.

Как ты относишься к сетераторам?
Сетераторы — это литераторы, публикующиеся в Сети. Я отношусь к ним так же, как к московским, питерским, одесским и прочим литераторам, учитывая некоторые особенности их способа публикации работ. Разумеется, в связи с тем что опубликоваться в Сети намного легче, чем «на бумаге», читатель может нарваться на большое число очень слабых работ.

На «Тенетах» много слабых работ?
Напротив, очень мало, поскольку я сразу же внедрил в конкурс принцип номинирования. То есть молодой автор не может самостоятельно выставить свою работу на конкурс. Он вынужден обращаться к официальному номинатору, человеку, облеченному доверием организаторов конкурса. Номинатор читает произведение и самостоятельно принимает решение о выдвижении работы на конкурс или об отказе автору. Если из выдвинутых номинатором текстов слишком большой процент не имеет успеха у наших членов жюри, то мы в другой раз просим этого номинатора действовать по принципу «лучше меньше, да лучше».На «Тенетах» впервые появился один из публичных примеров программной аналитики — твой «Штампомер».

Что это такое? Для чего он может применяться?
«Штампомер» — это программа для определения авторства текстов. Она сравнивает частоты употребления сочетаний слов (так называемых колокаций) у различных авторов и предлагает цветную карту распределения вероятностей таких частот. Чем «уже» карта, чем больше она напоминает горный хребет, а не плоскогорье, тем выше вероятность, что два текста принадлежат перу одного и того же человека.Штампомер возник в результате скандала с романом Баяна Ширянова «Низший пилотаж», в авторстве которого тогда «обвинили» Паркера (интернет-псевдоним Максима Кононенко).

Паркер же хранил молчание — ничего не подтверждал и не опровергал. Мне сразу показалось, что роман никак не мог быть написан Паркером, с творчеством которого я был уже знаком. Слишком уж разный стиль. Тогда я отправился в библиотеку искать литературу по определению авторства. Сразу попала мне в руки замечательная книжка Эндрю Мортона, откуда я и узнал про метод колокаций. Правда, во времена Мортона компьютеры были большими, подсчет делался на бумаге только для самых частых сочетаний слов. А «Штампомер» подсчитывает вообще все сочетания.

И что выяснилось с романом «Низший пилотаж»? Кто же его автор?
С романом «Низший пилотаж» все в порядке — написал его не Паркер, и программа «Штампомер» это очень ясно показала. Но события развивались так стремительно, что подлинный автор обнаружился раньше, чем я сделал программу.

Как можно воспользоваться «Штампомером»?
Раньше сайт «Штампомер» располагался по адресу sputnik.portal.ru, но сайт принадлежал не мне, а провайдеру. На то, что там располагается сейчас, можете сами взглянуть. Я, к сожалению, не успел спасти оттуда материалы, так что многие статьи пропали. А саму программу я переписал так, что скоро каждый сможет использовать ее по адресу http://teneta.rinet.ru/shtampomer .Правда, в нынешнем виде она никому, кроме меня, «не подчиняется», потому что инструкция отсутствует. Но я надеюсь в течение недели-двух дописать руководство пользователя.Сообщество «Тенет» — весьма специфическая аудитория. Теперь, несмотря на серьезные проблемы конкурса, в гостевых книгах все еще весьма живенько.

Это и есть новая ипостась «Тенет»?
В гостевых книгах дискутируются специализированные конкурсы, которые проводятся на нашей площадке, — «Рассказы о спорте» (совместно с газетой «Спорт-Экспресс»), «Сетевой Дюк» (литература, посвященная Одессе) и «Русская Америка».А я тем временем переписываюсь и встречаюсь с судьями «Тенет» и собираю голоса. Раньше этим занимались более опытные люди — А.Н. Житинский и Д. Кузьмин, но оказалось, что у каждого из нас свое собственное понимание того, как надо проводить конкурсы, так что каждый обзавелся собственным конкурсом и проводит его по своему усмотрению.Параллельно с «Тенетами» ты занимаешься еще массой личных проектов. Перечисли их, пожалуйста.Это, во-первых, специализированные конкурсы, о которых я говорил выше. Основной плюс их состоит в том, что у каждого конкурса свой оргкомитет, который берет на себя все хлопоты. Я только предоставляю скрипты, аудиторию, некоторую раскрутку. Так что сервис получается лучше, чем в самих «Тенетах», — жюри судит оперативнее, результаты оглашаются в заданные сроки и т.п.Во-вторых, мы вместе с Дмитрием Фунтовым и Игорем Ворошиловым издаем журнал о рекламе в Сети — «КликЗ.ру» . Здесь моя роль в основном заключается в консалтинге.В-третьих, возрождаю «Штампомер».Ну и, наконец, хочется добраться до своей персональной странички :-).Твоя работа в рекламном агентстве «Манифест».

Как она началась, чем закончилась?
Началась она с момента закрытия «Спутника». Я познакомился с Сергеем Ищенко, который тогда создавал веб-студию «АльтерМедия». Мы начали общаться, я консультировал Ищенко по вопросам рекламы в Интернете. По возвращении из США устроился в «Манифест» директором по развитию. Закончилась работа в конце мая 2001 года, когда меня пригласили в Рамблер руководителем аналитического проекта «Руметрика».Ты давно и прочно занимаешься интернет-аналитикой. Расскажи об этом.Начало было связано с деятельностью «Спутника».

Во-первых, требовались цифры, а исследовательские компании, наподобие Forrester Research или Jupiter Communications, отсутствовали. Правда, в Рунете достойных аналогов этих компаний не видно и до сих пор. Во-вторых, требовался пиар, требовалось знакомить потенциальных клиентов с возможностями рекламы в Интернете. Самым популярным интернет-журналом поначалу был Zhurnal.ru, я вел там рубрику «Где деньги лежат». Затем популярен стал «Перекресток», там у меня тоже была рубрика с вызывающим названием «Достойные новости» и довольно оживленным форумом. Сейчас я принимаю участие в работе проекта «Руметрика», который использует уникальные возможности «Рамблера», использующего одновременно поисковую машину и популярный рейтинг Rambler’s Top100, для статистических и маркетинговых исследований.

Как выглядит твоя новая работа?
Работа заключается, во-первых, в том, что мы вместе с коллегами собираем и систематизируем показатели эффективности проектов самого «Рамблера» — а проектов таких три десятка.Во-вторых, это работа, связанная с маркетинговыми исследованиями для внешних заказчиков. В-третьих, упомянутая уже «Руметрика» — открытая публикация обобщающей статистики, аналитика, рассказы об интересных тенденциях, призванные обратить внимание тех, кто делает бизнес в Интернете, и журналистов на соответствующие возможности «Рамблера» и Рунета в целом.


Леонид, среди тех многочисленных проектов, которыми ты занимаешься, есть такой, который ты можешь назвать «делом жизни»?
Все! В том смысле, что я над большинством из них продолжаю работать и вряд ли брошу в ближайшей перспективе.


Что тебе дает Интернет, кроме хлеба насущного?
Я так привык к Интернету, что сейчас получаю тут все: работаю, общаюсь с друзьями, читаю новости, книжки. Кстати, без проблем читаю толстые романы в Сети и т.п. Сложно даже представить день без Интернета. Это, наверное, будет напоминать жизнь на необитаемом острове.

What do you think?

Written by admin

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Топ – 5 причин, почему алкоголь – худший из наркотиков

vertolet

Михаил Миль